|
Природа и женщина – закон его искусства. Творчество Рене Лалика. |
|
Автор Administrator
|
|
09.02.2011 г. |
|
Страница 1 из 5 Рене Лалик известен как ювелир-новатор. И многие, опьянённые впечатлением от его всемирно известных шедевров, забывают, что Лалик был не только выдающимся французским мастером золотого и серебряного дела, но в первую очередь талантливым художником, умелым рисовальщиком, корифеем художественного стекла эпохи модерна, а также стилистом, дизайнером и удачным предпринимателем.
Родился будущий «создатель образа современного украшения», как выразился о нём его современник Эмиль Галле, в 1860 году и провёл своё детство в Париже, а главное, в его любимой Шампани, зарисовки природы которой стали основой «взрослого» творчества Лалика. В юности профессиональная подготовка будущего ювелира проходила в Англии, в колледже Сиденхема, где он в художественном плане приобрел огромный визуальный багаж, так как долгие часы проводил в стенах знаменитых лондонских музеев. Вернувшись, домой, Лалик продолжил образование, но вскоре понял, что готов к самостоятельному творчеству, и в 1866 году приобрёл ювелирную мастерскую. Первый этап деятельности Лалика можно назвать «бриллиантовым», так как именно к этому материалу он прибегал в создании ювелирных украшений. Тому же периоду присуща исключительная анонимность лаликовских произведений - он распространял их под чужими именами. Впервые его клеймо появилось в 1889 году на всемирной выставке, и именно этой датой можно закончить период формирования собственного стиля в творчестве Лалика. В начале 1890-х годов Лалик, по его собственному признанию, оказался на ювелирном перепутье в своём творчестве - сделал «невероятное усилие, чтобы полностью отказаться от того, что делал до сих пор» и работал «непрерывно, рисуя, моделируя, делая этюды и всевозможные наброски технического характера», чтобы «прийти к чему-то новому и создать то, чего ещё не существовало». Целеустремленность Лалика «обрекала» все его стремления на успех, и личный, и творческий, и деловой. После поисков художественной истины собственного творчества Лалик открыл для себя декоративность вселенских масштабов эпохи символизма. И объекты он искал в первую очередь в природе, в которой он усматривал не просто форму и не возвышенную философию, как могли бы истолковать это современные исследователи. Лалик мыслил намного шире обычных представлений о форме и содержании явлений, поэтому в природе, а точнее в растении, облаке, он подразумевал наличие души, которая сродни человеческой, но в то же время более символичной за счёт непостижимости своей сущности.
|
Статьи 
